Слово "ковбой" появилось в Ирландии более тысячи лет тому назад. Им называли всадника, нанятого для присмотра за стадом. Во времена Американской революции {1775-1783гг.) оно приобрело оскорбительный оттенок, так называли фермеров, выступавших на стороне Англии. В Мексике скотогонов называли испанским словом "vaquero". В штате Техас, который считается родиной настоящих американских ковбоев, долгое время испанское слово произносили на свой манер — "buckaroo". Но название не меняло сути — на любом языке это означало "погонщик скота".
Вопреки романтическим мифам Голливуда, где бравые красавцы ловко орудуют сверкающими револьверами и всю дорогу скачут галопом, повседневная жизнь ковбоя была тяжела и рутинна. Он был обыкновенным работягой, который вкалывал от зари и до заката, проводя в седле по 8-12 часов, получая при этом гроши, которых едва хватало на новую одежду и еду. Жилье, лошадь, амуниция и оружие, как правило, предоставлялись работодателем. Обычному ковбою это все было не по карману. Работник, у которого было свое седло, ценился вдвойне.
Расцветом эпохи американских ковбоев можно считать период с окончания Гражданской Войны в США по 20-е годы XX столетия. Победа промышленного Севера над плантаторским Югом открыла новые горизонты экономического развития. Растущие города требовали создания инфраструктуры снабжения, и фермеры начали поставлять скот в города на продажу. В связи с этим животноводчество переживало настоящий бум. Но послевоенное время было трудное и работы хватало далеко не всем.
Таким образом, вчерашние солдаты-герои вынуждены были наниматься ковбоями. Но бытующее мнение, что лить бедняки становились ими, неверно — молодежь из богатых семей также шла на это. Хотя это было скорее проявлением бунтарства и жажды приключений.
Пока железные дороги медленно, но верно протягивалась по стране, скот приходилось пригонять самоходом. Появился даже термин "перегон", означавший отрезок пути от одной точки до другой. Перегоны протянулись через всю страну с юга на север.
Занятие это было сложным и опасным, но наиболее оплачиваемым и, потому, желанным. На перегон скота могло уйти много дней, в течение которых ковбой практически не слезал с седла. Помимо трудностей, которые создавала природа, падежа скота, далеко не комфортных условий проживания и скудного питания, стоит добавить в то, что дороги были полны желающих поживиться за чужой счет. Деньги приходилось отрабатывать сполна. Перегонная команда была небольшой — как правило, до 12 человек (столько вещей могла вместить повозка-кухня — англ. chuckwagon). Продвижение стада было тщательно организовано и хорошо спланировано. Средняя скорость его составляла около 25 километров (15 миль) в день. Перегон возглавлял начальник команды — он отвечал за организацию и снабжение, а во время работы направлял вожака стада, за которым двигались остальные животные в нужном направлении. Другие ковбои прикрывали фланги, возвращая в стадо отбившуюся скотину. Сначала шли головные погонщики, затем поворотные и фланговые, а позади — замыкающие.
|
|
|
Все работники были вооружены. Ружья и револьверы (как правило, устаревших моделей) были необходимы не только дли самообороны или охоты, но прежде всего, для непосредственной работы. Для управления большим количеством скота, порой, нужно было нечто большее, чем кожаные бичи. Ковбои стреляли под ноги животным, направляя непослушное стадо в нужную сторону, так как самое страшное, чего опасались люди во время пути — это возникновения паники и стаде, которая делала его неуправляемым и грозила смертью любому, кто оказался бы на его пути. Для урегулирования таких экстремальных ситуаций разрабатывались специальные тактики — стадо как бы сворачивали в круг и заставляли некоторое время двигаться по окружности до полной его остановки.
Лошадей ковбои меняли так часто, как только могли — в течение дни два-три раза. Таким образом, перегон постоянно двигался, а кони могли передохнуть. Но собственных лошадей перегонщики чаще всего не имели. Это было очень дорого и невыгодно. Их обычно брали напрокат, причем несколько голов на человека. Запасных собирали в табун (remuda), за которым приглядывали конные погонщики (wranglers). Во время остановок remuda окружалась кольцом из веревки, которая не давала лошадям разбрестись по равнине в поисках подножного корма.
В конце перегона ковбоя ожидало денежное вознаграждение и отдых. Доехав до места, люди, вопреки канонам из вестернов, редко шли прямо в салун или казино. Перегонщик принимал ванну, брился, выбрасывал износившуюся за время путешествия одежду и покупал новую, обновлял амуницию – на это уходила львиная доля заработанных денег. Отдых был краток. Несколько дней спустя, ковбой снова нанимался на работу.
Зимой скот не перегоняли вовсе — ковбоям приходилось наниматься в фермерские хозяйства разнорабочими. У животных не бывает выходных, и людям, чтобы вырастить хороший товар, приходилось рано вставать и поздно ложиться. Ежедневно ковбои объезжал вверенную ему территорию, собирая разбредающиеся стада, ремонтировал ограды, лечил больных животных, клеймил хозяйский скот, Крупные ранчо были редкостью, в основном поголовье скота в хозяйстве не превышало 700 голов, и его владельцы могли позволить себе наем максимум 4-5 работников, а хорошая зарплата ковбоя составляла 15-20 долларов в месяц. Но часто за такую работу плату не предлагали совсем — условием найма были жилье и стол.
Иногда ковбои мог заняться и работой на себя — стать мустангером. Один или с товарищами, он выслеживал табун диких мустангов и ловил их. Часто достаточно было захватить косячного жеребца, и весь табун следовал за своим лидером. Однако это было очень опасное занятие, которое могло стоить смельчаку жизни. Цена, которую получал ковбой за продажу диких лошадей, была неизмеримо мала по сравнению с теми усилиями, которые пришлось затратить на их поимку. На подготовку же полноценной рабочей лошади, уходило больше времени, но такая лошадь ценилась в три раза дороже. Чаще всего ковбой сочетал оба дела — часть лошадей тренировал для работы, а другую продавал в диком состоянии. Это приносило неплохую прибыль. Но несмотря ни на что, мустангер при такой работе получал то, чего не было у других — личную свободу и независимость.
|
